Горе

В одной деревушке жили два мужика, два родные брата: один был бедный, другой богатый. Богач переехал на житье в город, выстроил себе большой дом и записался в купцы; а у бедного иной раз нет ни куска хлеба, а ребятишки - мал мала меньше - плачут да есть просят. С утра до вечера бьется мужик как рыба об лед, а все ничего нет.

Говорит он однова своей жене:
-Дай-ка пойду в город, попрошу у брата: не поможет ли чем?

Пришел к богатому:
-Ах, братец родимый! Помоги сколько-нибудь моему горю; жена и дети без хлеба сидят, по целым дням голодают.
-Проработай у меня эту неделю, тогда и помогу!

Что делать? Принялся бедный за работу: и двор чистит, и лошадей холит, и воду возит, и дрова рубит. Через неделю дает ему богатый одну ковригу хлеба:
-Вот тебе за труды!
-И за то спасибо! - сказал бедный, поклонился и хотел было домой идти.
-Постой! Приходи-ка завтра ко мне в гости и жену приводи: ведь завтра мои именины.
-Эх, братец, куда мне? Сам знаешь: к тебе придут купцы в сапогах да в шубах, а я в лаптях хожу да в худеньком сером кафтанишке.
-Ничего, приходи! И тебе будет место.
-Хорошо, братец, приду.

Воротился бедный домой, отдал жене ковригу и говорит:
-Слушай, жена! Назавтра нас с тобой в гости звали.
-Как в гости? Кто звал?
-Брат: он завтра именинник.
-Ну что ж, пойдем.

Наутро встали и пошли в город, пришли к богатому, поздравили его и уселись на лавку. За столом уж много именитых гостей сидело; всех их угощает хозяин на славу, а про бедного брата и его жену и думать забыл - ничего им не дает; они сидят да только посматривают, как другие пьют да едят.

Кончился обед; стали гости из-за стола вылазить да хозяина с хозяюшкой благодарить, и бедный тоже - поднялся с лавки и кланяется брату в пояс. Гости поехали домой пьяные, веселые, шумят, песни поют.
А бедный идет назад с пустым брюхом.
-Дай-ка, - говорит жене, - и мы запоем песню!
-Эх ты, дурак! Люди поют от того, что сладко поели да много выпили; а ты с чего петь вздумал?
-Ну, все-таки у брата на именинах был; без песен мне стыдно идти. Как я запою, так всякий подумает, что и меня угостили...
-Ну пой, коли хочешь, а я не стану!

Мужик запел песню, и послышалось ему два голоса; он перестал и спрашивает жену:
-Это ты мне подсобляла петь тоненьким голоском?
-Что с тобой? Я вовсе и не думала.
-Так кто же?
-Не знаю! - сказала баба. - А ну запой, я послушаю.

Он опять запел: поет-то один, а слышно два голоса; остановился и спрашивает:
-Это ты, Горе, мне петь пособляешь?
Горе отозвалось:
-Да, хозяин! Это я пособляю.
-Ну, Горе, пойдем с нами вместе.
-Пойдем, хозяин! Я теперь от тебя не отстану.

Пришел мужик домой, а Горе зовет его в кабак. Тот говорит:
-У меня денег нет!
-Ох ты, мужичок! Да на что тебе деньги? Видишь, на тебе полушубок надет, а на что он? Скоро лето будет, все равно носить не станешь! Пойдем в кабак, да полушубок побоку...
Мужик и Горе пошли в кабак и пропили полушубок.

На другой день Горе заохало - с похмелья голова болит, и опять зовет хозяина винца испить.
-Денег нет, - говорит мужик.
-Да на что нам деньги? Возьми сани да телегу - с нас и довольно!
Нечего делать, не отбиться мужику от Горя: взял он сани и телегу, потащил в кабак и пропил вместе с Горем.

Наутро Горе еще больше заохало, зовет хозяина опохмелиться; мужик пропил и борону и соху.

Месяца не прошло, как он все спустил; даже избу свою соседу заложил, а деньги в кабак снес.
Горе опять пристает к нему:
-Пойдем да пойдем в кабак!
-Нет, Горе! Воля твоя, а больше тащить нечего.
-Как нечего? У твоей жены два сарафана: один оставь, а другой пропить надобно.
Мужик взял сарафан, пропил и думает:
«Вот когда чист! Ни кола, ни двора, ни на себе, ни на жене!»

Поутру проснулось Горе, видит, что у мужика нечего больше взять, и говорит:
-Хозяин!
-Что, Горе?
-А вот что: ступай к соседу, попроси у него пару волов с телегою.

Пошел мужик к соседу.
-Дай, - просит, - на времечко пару волов с телегою; я на тебя хоть неделю за то проработаю.
-На что тебе?
-В лес за дровами съездить.
-Ну возьми; только не велик воз накладывай.
-И, что ты, кормилец!

Привел пару волов, сел вместе с Горем на телегу и поехал в чистое поле.
-Хозяин, - спрашивает Горе, - знаешь ли ты на этом поле большой камень?
-Как не знать!
-А когда знаешь, поезжай прямо к нему.

Приехали они на то место, остановились и вылезли из телеги. Горе велит мужику поднимать камень. Мужик поднимает, Горе пособляет; вот подняли, а под камнем яма - полна золотом насыпана.
-Ну, что глядишь? - сказывает Горе мужику. - Таскай скорей в телегу.
Мужик принялся за работу и насыпал телегу золотом; все из ямы повыбрал до последнего червонца, видит, что уж больше ничего не осталось, и говорит:
-Посмотри-ка, Горе, никак, там еще деньги остались?
Горе наклонилось:
-Где? Я что-то не вижу!
-Да вон в углу светятся!
-Нет, не вижу.
-Полезай в яму, так и увидишь.
Горе полезло в яму; только что опустилось туда, а мужик и накрыл его камнем.
-Вот этак-то лучше будет! - сказал мужик. - Не то коли взять тебя с собою, так ты, Горе горемычное, хоть не скоро, а все же пропьешь и эти деньги!

Приехал мужик домой, свалил деньги в подвал, волов отвел к соседу и стал думать, как бы себя устроить. Купил лесу, выстроил большие хоромы и зажил вдвое богаче своего брата.

Долго ли, коротко ли - поехал он в город просить своего брата с женой к себе на именины.
-Вот что выдумал! - сказал ему богатый брат. - У самого есть нечего, а ты еще именины справляешь!
-Ну, когда-то было нечего есть, а теперь, слава богу, имею не меньше твоего; приезжай - увидишь.
-Ладно, приеду!

На другой день богатый брат собрался с женою, и поехали на именины; смотрят, а у бедного-то голыша хоромы новые, высокие, не у всякого купца такие есть! Мужик угостил их, употчевал всякими наедками, напоил всякими медами и винами.
-Спрашивает богатый у брата:
-Скажи, пожалуй, какими судьбами разбогател ты?
Мужик рассказал ему по чистой совести, как привязалось к нему Горе горемычное, как пропил он с Горем в кабаке все свое добро до последней нитки: только и осталось, что душа в теле; как Горе указало ему клад в чистом поле, как он забрал этот клад да от Горя избавился.

Завистно стало богатому.
«Дай, - думает, - поеду в чистое поле, подниму камень да выпущу Горе - пусть оно дотла разорит брата, чтоб не смел передо мною своим богатством чваниться».
Отпустил свою жену домой, а сам в поле погнал; подъехал к большому камню, своротил его в сторону и наклоняется посмотреть, что там под камнем. Не успел порядком головы нагнуть - а уж Горе выскочило и уселось ему на шею.
-А, - кричит, - ты хотел меня здесь уморить! Нет, теперь я от тебя ни за что не отстану.
-Послушай, Горе, - сказал купец, - вовсе не я засадил тебя под камень...
-А кто же, как не ты?
-Это мой брат тебя засадил, а я нарочно пришел, чтоб тебя выпустить.
-Нет, врешь! Один раз обманул, в другой не обманешь!

Крепко насело Горе богатому купцу на шею; привез он его домой, и пошло у него все хозяйство вкривь да вкось. Горе уж с утра за свое принимается; каждый день зовет купца опохмелиться; много добра в кабак ушло.
«Этак несходно жить! - думает про себя купец. - Кажись, довольно потешил я Горе; пора б и расстаться с ним, да как?»
Думал, думал и выдумал: пошел на широкий двор, обтесал два дубовых клина, взял новое колесо и накрепко вбил клин с одного конца во втулку. Приходит к Горю:
-Что ты, Горе, все на боку лежишь?
-А что ж мне больше делать?
-Что делать? Пойдем на двор в гулючки играть.

А Горе и радо. Вышли на двор. Сперва купец спрятался - Горе сейчас его нашло; после того черед Горю прятаться.
-Ну, - говорит, - меня не скоро найдешь! Я хоть в какую щель забьюсь!
-Куда тебе! - отвечает купец. - Ты в это колесо не влезешь, а то в щель!
-В колесо не влезу? Смотри-ка, еще как спрячусь!
Влезло Горе в колесо; купец взял да и с другого конца забил во втулку дубовый клин, поднял колесо и забросил его вместе с Горем в реку. <>Горе потонуло, а купец стал жить по-старому, по-прежнему.